Часть 52 из 56 В начало
Для доступа к библиотеке пройдите авторизацию
Мой разум, тело и душа поглощены огнем, которым является Эйден, и я не могу думать ни о чем, кроме жгучей потребности быть ближе. Он, должно быть, чувствует то же самое, потому что его хватка на талии усиливается, и он легко поднимает меня к себе на колени. Я лежу на нем, прижимаясь, а мои руки обвивают его шею. Никакие бабочки и фейерверки не могут сравниться с тем чувством, которое я испытываю, когда губы Эйдена движутся синхронно с моими.
Мне кажется, единственное, чего я всегда хотела, – оказаться в объятиях удивительно сильного и страстного мужчины, каким является Эйден. Я как будто ждала этого момента всю свою жизнь.
Глава 22
Хотела бы я сказать, что после нашего поцелуя мы с Эйденом стали влюбленными и счастливыми, но это не так.
Почему? Потому что я – это я.
Я глупая, глупая Амелия Коллинз, которая технически даже не существует и не будет существовать через несколько недель.
Я поддалась чувствам и поцеловала Эйдена, хотя знала, что не должна этого делать (даже невзирая на то, что мне было очень, очень хорошо). Чувство вины продолжает меня преследовать, и всякий раз, когда я думаю об Эйдене, оно подкрадывается к горлу и сдавливает так сильно, что я не могу дышать. Оно обвивается вокруг сердца и медленно сжимает его, чуть ли не лишая меня жизни.
Чувства к Эйдену несравнимы ни с чем, что я когда-либо испытывала, и это потому, что я его знаю. Я знаю, кто он. Я знаю, что он ответственный, верный и умный. Я знаю, когда он пытается скрыть улыбку, или когда он раздражен, или когда он глубоко задумался о чем-то важном.
Но самое главное – я знаю его имя. Может ли Эйден похвастаться тем же?
Он не заслуживает девушки, которая постоянно лжет и притворяется той, кем она не является. Особенно той, кто без предупреждения уезжает из города, чтобы больше никогда о нем не услышать. И уж точно не той, кто подвергает его жизнь опасности, находясь рядом с ним.
Потому что на самом деле я – Тея Кеннеди, а Тею Кеннеди преследует сумасшедший, который неоднократно покушался на ее жизнь. Тея Кеннеди стала причиной ранений и убийств множества людей, а в шкафу, как напоминание об этом, у нее стоит маленькая коробка из-под обуви. Я не заслуживаю Эйдена, и он определенно должен быть с кем-то лучше меня. Я не то чтобы отрезала его от себя после той ночи в моем доме, но отдалилась от него и сделала своей миссией избегать общения с ним один на один.
Иногда я вижу его в коридоре, мы встречаемся глазами, и он начинает идти ко мне, а я как можно быстрее бегу в противоположном направлении, мысленно себя проклиная. Когда я вижу его в классе, то едва ли говорю с ним, а в обед занимаюсь подготовкой к экзаменам. Я даже начала парковаться как можно дальше от его места, чтобы мы не столкнулись на парковке. Я бы хотела сказать, что это легко, но это почти так же больно, как и чувство вины. Каждый раз, когда я вижу его, то вспоминаю, каково это – обнимать его, целовать. Но потом моя голова начинает плыть, и я понимаю, что не могу продолжать этот фарс.
В последнее время Эйден был довольно рассеянным: его отчима освободили из тюрьмы. С Эйденом и близнецами он не пытался связаться. Кроме того, на этой неделе у нас были экзамены, так что все было довольно суматошно. Было бы сложно понять, что я его избегаю.
Но Эйден не глуп. Нет, он, наверное, один из самых умных людей, которых я когда-либо встречала (ему даже удалось поднять мою оценку по математике). Я знаю, что Эйден понимает, что что-то случилось, учитывая его взгляды, которые он выстреливает пронзительными серыми глазами. Однако из-за всего остального, что происходит в наших жизнях, Эйден ничего мне не говорит.
Не успела я оглянуться, как прошло две недели. В пятницу в конце учебного дня освобождаю свой шкафчик: это последний день в школе перед зимними каникулами.
– Эй, я приду к тебе, чтобы устроить набег на твой гардероб! У тебя наверняка найдется платье на свадьбу моей кузины, которая состоится в выходные, – говорит Шарлотта, прислонившись к шкафчику рядом. – Не могу поверить, что кузина Грейс купила точно такое же платье, которое я планировала надеть, но переодеваться почему-то придется мне.
– Конечно, заходи, – отвечаю я Шарлотте. – Анна тоже захотела прийти.
– Вечеринка у Амелии? – спрашивает Ноа, как только он, Мэйсон и Эйден появляются рядом с Шарлоттой.
Первые пару дней после рассказа о нападках Дэйва и не самом благородном поступке Мэйсона отношения между Эйденом и Мэйсоном были немного натянутыми.
Эйден был зол на Мэйсона, поскольку он просил его присматривать за мной, но в итоге присмотрели за мной парни из Сильвера. Через пару дней их отношения стали напрягать всю компанию. Однажды они оба пришли в школу со свежими синяками, и напряжение резко улетучилось. Они вернулись к нормальной жизни, как будто ничего и не было, и с тех пор никто ничего об этом не говорил.
Джулиан рассказал Аннализе (которая потом рассказала мне и Шарлотте), что Мэйсон больше не мог выносить чувство вины и пришел к Эйдену домой, когда они с Джулианом занимались. Мэйсон кричал на Эйдена: «Выкинь дурь из головы и ударь меня, мать твою!», на что Эйден ответил: «Ты должен чувствовать себя виноватым, потому что Амелия не заслужила это дерьмо».
Затем произошла еще одна перепалка, которой Джулиан не захотел делиться, и ситуация накалилась. Очевидно, Мэйсон набросился на Эйдена, и они начали драться. Через пару минут они обнялись, и все трое парней пошли в дом и заказали пиццу, ведя себя как ни в чем не бывало. Мальчики такие странные.
– Вот уж точно не дождешься, – отвечаю я Ноа, стараясь не замечать пристального взгляда Эйдена. – В последний раз, когда я ходила с тобой на вечеринку, тебя отправили в больницу с сотрясением мозга.
– Нельзя повторять одну и ту же ошибку дважды! – Ноа смеется, подсознательно потирая место на голове, где той ночью ему наложили швы.
Взгляд Эйдена прожигает дыру в моей душе, поэтому я делаю вид, что очень занята конспектами на задней верхней полке.
Я предполагаю, что Шарлотта закатывает глаза.
– Никакой вечеринки. Это девичник.
– Круто! – Мэйсон улыбается. – Мы хотели пригласить вас сегодня вечером, но раз вы будете у Амелии, мы сами к вам нагрянем.
– Подожди, что?
Я автоматически поворачиваюсь, чтобы посмотреть на ребят, случайно вступая в зрительный контакт с Эйденом. Лицо его выражает привычную бесстрастность. Глядя на него, у меня появляется чувство, будто меня тошнит, будто я рою нору, чтобы заползти в нее и спрятаться на следующие пятьдесят лет.
– Куда вы собираетесь? – Аннализа подходит к шкафчику, готовая ехать со мной и Шарлоттой ко мне домой.
– На вечер кино у Амелии! Пицца за мой счет! – объявляет Мэйсон, не утруждаясь спросить меня.
– Я выбираю фильм! – вклинивается Ноа с расчетливой улыбкой.
Я быстро бросаю взгляд на Эйдена. Что, если все уйдут, а он захочет остаться, чтобы поговорить со мной наедине? В последний раз, когда мы были вдвоем у меня дома, мы целовались. Этого нельзя допустить, как бы мне этого ни хотелось.
– Ты специально притворяешься, что не знаешь значение слова «девичник»? – Шарлотта смеется, пока она, Аннализа, Мэйсон и Ноа направляются к парковке, игнорируя мои попытки протестовать.
Мои глаза слегка расширяются, когда я понимаю, что у моего шкафчика стоим только мы с Эйденом. Он изучает меня проницательными завораживающими серыми глазами.
Я быстро поворачиваюсь к шкафчику и как можно быстрее запихиваю книги в сумку.
– Амелия. – Сильная рука Эйдена на моем плече заставляет меня замереть.
Я быстро захлопываю дверцу, поворачиваюсь к нему. Его рука опускается.
– Все в порядке? – спрашивает Эйден, отчего мой пульс одновременно ускоряется и замедляется.
Его отчим, этот психопат и наркоман, вышел из тюрьмы и, возможно, хочет добраться до него и его братьев, а он спрашивает обо мне.
– Да, все хорошо. А ты как? Что там с Грегом? – спрашиваю я, не в силах себя остановить.
Да, мне следовало сбежать, но я не могу перестать переживать за Эйдена, как бы мне этого ни хотелось.
– От него ничего не слышно, но я все равно переживаю за близнецов.
– Он не причинит им вреда. – Я надеюсь, мой тон утешителен. – Я знаю, что ты не допустишь, чтобы с ними что-то случилось.
– Чертовски верно, – соглашается Эйден без секунды колебаний.
Когда мы добираемся до парковки, я вижу, что Ноа и Мэйсон оставили Аннализу и Шарлотту у моей машины и направляются к своей. Мы с Эйденом останавливаемся на лестнице и поворачиваемся, чтобы посмотреть друг на друга.
– Увидимся вечером? – спрашиваю я Эйдена.
Какая-то часть меня надеется, что он откажется, в то время как большая, более глупая часть меня кричит: «Пожалуйста, приезжай!»
– Конечно. Ради тебя – все, что угодно, – отвечает Эйден. Напряженный взгляд дает понять, что он говорит не только о сегодняшнем вечере, но и о жизни в целом.
Чувствуя подступающие слезы, я вдруг не могу удержаться, чтобы не обнять его и не притянуть к себе, зарываясь головой в сильную грудь. Я ощущаю его растерянность, но он быстро приходит в себя и обхватывает меня мускулистыми руками, притягивая ближе. Осознав ошибку, я быстро отстраняюсь и делаю несколько шагов назад.
– Увидимся вечером.
Я даже не оглядываюсь, чтобы увидеть его растерянное лицо или услышать ответ. Я просто разворачиваюсь и устремляюсь вниз по лестнице навстречу двум девушкам, игриво подергивающим бровями возле моей машины.
Я ненавижу себя.
* * *
Все ящики открыты и практически пусты, шкаф в таком же состоянии. Почти все предметы одежды, которыми я когда-либо владела, валяются на кровати или на полу. Шарлотта примерила каждый наряд, который у меня есть, по крайней мере дважды, не в силах выбрать тот, который ей больше нравится.
– Джулиан пишет, что они скоро будут. – Аннализа поднимает глаза от телефона. – С пиццей.
– Пойду на кухню, достану тарелки, – отвечаю я, бросая одежду в ящик.
– Подожди, у тебя есть серебристые туфли на каблуке, которые подходят к этому платью? – Шарлотта поворачивается, демонстрируя платье темно-синего цвета.
– У меня есть пара вариантов. Достань сама.
Я выхожу из комнаты, и Аннализа следует за мной, чтобы помочь с подготовкой. Шарлотта остается в комнате, выбирая туфли, какие пожелает ее сердце. Как только мы собираем тарелки и напитки, я слышу звонок в дверь. Спустя миг я впускаю Чейза, Ноа и Джулиана, а через несколько минут за ними следуют Мэйсон и Эйден.
– Наконец-то! – кричит Ноа, когда Мэйсон и Эйден вносят несколько коробок с пиццей. – Я умираю с голоду!
Примерно через четыре секунды несколько коробок почти опустели благодаря пяти прожорливым мальчикам-подросткам.
– Шер! – кричит Аннализа Шарлотте, которая все еще находится в моей комнате. – Приходи за пиццей, пока эти свиньи не уничтожили коробки!
book-ads2