Часть 92 из 118 В начало
Для доступа к библиотеке пройдите авторизацию
– Я знаю, что справишься, но…
– Не парься, – повторяет она. – Просто постарайся, чтобы этот зверь тебя не съел, лады?
– Хорошо, хорошо. – Я пытаюсь изобразить улыбку. – Это хоть какой-то план.
Когда все трое занимают свои места, Джексон переводит взгляд на Зевьера и меня.
– Готовы? – спрашивает он.
Лично я совсем не готова, но ничего не говорю. Не могу. И, молча кивнув, превращаюсь в горгулью. Пора приступать.
Глава 100. Carpe slay-em[25], или руби момент
Зевьер, Джексон и я приближаемся ко входу в пещеру так решительно, будто мы здесь хозяева – отчасти, я думаю, затем, чтобы не так нервничать, находясь в роли приманки, а отчасти потому, что нам наверняка не помешает выглядеть более уверенно, чем мы чувствуем себя.
– Как вы думаете, какой он из себя? – спрашивает Зевьер, когда мы проходим мимо горячих источников.
– Меня больше беспокоит не то, какой он из себя, а то, где он, – отвечает Джексон, вертя головой.
Хорошо, что вода сияет так ярко, иначе нам бы пришлось сражаться с этим зверем в темноте. И, скорее всего, умереть.
Стой! Голос внутри меня становится настойчивее и настойчивее с каждым шагом, приближающим меня к Неубиваемому Зверю.
Это чертовски давит на психику, и я начинаю гадать, не знает ли моя горгулья чего-то такого, чего не знаю я. Не чует ли она той опасности, которую ощущаю и я, но суть которой не до конца мне ясна.
В отличие от моей горгульи Хадсон, как ни странно, молчит. Он оставил попытки переубедить меня примерно в тот момент, когда все заняли свои места, и поначалу я подумала, что он удалился, чтобы дуться, как он иногда делал раньше.
Но я чувствую его внутри моего сознания, он насторожен и, глядя моими глазами, тоже высматривает зверя. Пытается – хотя он наверняка этого не признает – по мере своих возможностей помочь Джексону и мне.
Таков уж Хадсон. Он способен творить такие ужасные вещи, что убить его – или превратить в обыкновенного человека – захотел даже его собственный брат, но сейчас он здесь и старается защитить Джексона от угрозы, которой, по его мнению, мы могли бы избежать.
– Да, могли бы, – подтверждает он, но в его тоне нет обычного сарказма, и он не пытается затеять спор. Вместо этого он ведет себя тихо и кажется печальным, как будто знает, что грядет, и уже не надеется это остановить.
Ночную тишину вдруг оглашает шум – лязг цепей, и мы трое останавливаемся как вкопанные.
– Что это было? – спрашиваю я, повернувшись на звук, который, как мне кажется, идет со стороны водопада.
– По-моему, это лязг цепей, – отвечает Зевьер, насторожив свои волчьи уши.
Лязг слышится снова, уже громче, и теперь уже ясно, откуда он доносится.
– Цепи? – бормочу я, обращаясь к Джексону. – При чем тут цепи?
Он качает головой:
– Не знаю.
Голос внутри меня истошно вопит: Назад! Назад! Назад!
Это очень страшно, и на несколько секунд я замираю и делаю судорожный вдох, чувствуя, как во мне нарастает паника. Но уже поздно поворачивать назад. Мы здесь, и время не ждет. Мы должны сделать дело.
Мы трое переглядываемся, расправляем плечи и идем в сторону пещеры, лязг цепей становится все громче и громче.
Меня объял страх. Страх перед тем, что ждет нас в этой пещере – что же это за зверь такой, что он сражается, используя цепи? – и перед тем, что мы должны будем сделать. Я никогда еще никого не убивала – даже насекомых, которых я всегда просто выбрасываю наружу, когда они попадают в окно. И мне совсем не нравится мысль о том, чтобы убить этого зверя, который не сделал ничего дурного ни мне, ни моим друзьям.
Джексон вопросительно смотрит на меня, но я просто киваю. Мы подходим все ближе и ближе к пещере и Неубиваемому Зверю, что бы он собой ни представлял, и сердце в моей груди колотится все быстрее. На ладонях выступает пот. И во мне нарастает предчувствие чего-то ужасного.
Вход в пещеру темен, и мы все глядим в оба, ожидая, что зверь атакует нас. Но чем ближе мы подходим к пещере, тем труднее становится не обращать внимания на лязг цепей и не фокусироваться на нем.
К этому надо прибавить еще и доносящийся из глубины пещеры низкий хриплый рык, и мне приходится призвать на помощь все свое мужество, чтобы двигаться дальше – и это еще до того, как я опускаю взгляд и вижу, что вокруг валяется множество костей. Одни целые, другие разломанные пополам – но видно, что все это человеческие останки.
Останки людей, которые побывали здесь до нас, но не сумели сделать то, ради чего явились.
Когда мы добираемся до входа, Джексон делает Зевьеру и мне знак остановиться и шагает вперед, заходя в пещеру первым. Лязг цепей становится неистовым, но больше ничего не происходит. Даже рык затих.
Джексон делает еще один шаг в пещеру. Я иду следом, Зевьер следует за мной.
Я освещаю путь фонариком на своем телефоне, но ничего не вижу – Зевьер и Джексон, похоже, тоже ничего не видят, потому что тоже включают фонарики.
Мы озираемся, хотя смотреть тут не на что. Не знаю, чего именно я ожидала, но не такого. Вокруг нет ничего, только каменные стены и россыпь костей – черепа, кости ног, грудные клетки с целыми ребрами.
– Где он? – шепчу я, потому что здесь нет скал и спрятаться зверю негде.
Может, тут есть еще помещения, как в пещере Кровопускательницы? Но свет наших фонариков доказывает, что это не так – тут только один зал с пятнами крови на стенах.
И с толстыми цепями, вделанными в заднюю стену и потолок.
– Ничего не понимаю, – говорит Зевьер. – Лязг доносился отсюда, я в этом уверен. Так где же этот чертов зверь?
Опять слышится низкий рык, мы встаем в круг, спина к спине, и шарим фонариками по стенам пещеры.
Голос внутри моей головы настойчиво твердит: Уходи, уходи, уходи!
Я не могу уйти! Поздно.
Слишком поздно.
Снова раздается рык, уже более громкий, и его сопровождает лязг цепей на стене передо мной. И стена вдруг начинает двигаться.
Глава 101. Heaven on my mind[26]
– Что за хрень? – восклицает Зевьер, отшатнувшись, когда стена оживает.
Зверь издает долгий, зычный рык и, оглушительно звеня цепями, бросается прямо на нас.
Джексон хватает меня и толкает за спину, одновременно ударяя в чудище всей силой своего телекинеза. Он останавливает его – что бы оно собой ни представляло, – и зверь застывает в воздухе, но всего на долю секунды, а затем приземляется перед нами на все четыре лапы.
Теперь, когда я как следует разглядела это чудовище, я вижу – оно словно сошло со страниц какого-то жуткого романа в жанре фэнтези. Оно огромно – это самое большое существо из всех, которых я когда-либо видела, – и все состоит из скальной породы, покрытой множеством щербин и выступов и поросшей мхом.
Его горящие глаза красны, зубы остры, а пасть, похоже, могла бы заглотить нас троих целиком за один раз. И оно медленно надвигается на нас, шаг за шагом.
Джексон направляет на него всю свою силу. Но это только сердит его, и оно отвечает ударом мощной руки (или лапы?), со всего маху швыряя Джексона на каменную стену.
– Джексон! – кричу я и, схватив Зевьера, взлетаю в воздух, но тут зверь вспоминает и о нас.
Я ухитряюсь увернуться, но потолок находится недостаточно высоко, так что, размахнувшись опять, оно попадает по нам, и мы отлетаем к противоположной стене.
Мы ударяемся о камень с такой силой, что у меня стучат зубы и чуть не взрывается мозг. Я немного оглушена, но Хадсон в моей голове кричит, чтобы я встала. Давай, давай, давай.
И я вскакиваю и отпрыгиваю в сторону за секунду до того, как гигантский кулак бьет туда, где я только что лежала.
– Зевьер! – кричу я, но он уже вскочил и, превратившись в волка, прыгает через плечо зверя и приземляется рядом с Джексоном, который уже встал на ноги.
Чудище ревет и бросается на них. И тут я впервые замечаю, что цепи – это не оружие, а кандалы, приковывающие его к стене.
– Беги! – кричу я Джексону. – Если мы выберемся из пещеры, оно, наверное, не сможет тебя достать.
Но речь идет о Джексоне Веге, который ни за что не оставит свою пару наедине с этим зверем, за что я одновременно благодарна ему и зла на него, потому что хочу, чтобы он спасался.
Однако вместо того, чтобы опять ударить в чудище телекинезом, Джексон направляет свою силу в землю. Пещеру сотрясает мощный толчок, со стен валятся камни, пол дрожит.
Чудище истошно вопит, поднимает Джексона с земли, и мне кажется, что теперь все – сейчас оно раздавит его в пыль.
Но вместо этого оно с такой силой швыряет его в сторону выхода из пещеры, что он вылетает наружу.
book-ads2