Часть 29 из 48 В начало
Для доступа к библиотеке пройдите авторизацию
Рев
Постепенно туман в моей голове рассеивается. Я по-прежнему не вижу ничего, кроме темноты. Я чувствую горький дым с каждым болезненным вдохом.
Яд лавой разливается по моим венам, неприятно покалывая, но это жжение уже воспринимается как фоновая боль. Каждая мышца весит сотню килограммов, но разум проясняется. Сердцебиение набирает скорость, стоит мне вспомнить, что произошло.
Кейлин не смогла пройти через Огненную стену. Она мертва.
Моё сердце вновь даёт трещину. Этого она и хотела. Умереть здесь. А я так надеялся доказать ей, что надежда есть. Хотел дать ей что-то, ведь она всегда готова была пожертвовать последним ради меня.
Она так много потеряла.
Я подвёл её.
А после этого меня схватила мантикора, так что я ещё подвёл себя и весь мир.
Я дёргаю свои тяжёлые оковы и понимаю, что они на месте. Корни дерева всё ещё сдавливают мои руки и грудь, острые ветки впиваются в мою кожу, как чьи-то пальцы.
Я моргаю, надеясь, что мои глаза привыкнут к темноте, но всё равно не могу ничего разглядеть.
Мантикора где-то рядом? Не слышу его. Только чувствую присутствие чего-то тёмного и… древнего. Могущественного.
Вздрагиваю. Вселяющая Ужас здесь.
— Он очнулся, — ветки, держащие меня, дрожат от рокота глубокого голоса.
Я откашливаюсь.
— Чего ты хочешь?
Что-то приходит в движение передо мной. Огромное существо, но двигается оно плавно. Его сила вибрирует в темноте. Но Вселяющая Ужас не отвечает.
Зачем держать меня в плену?
— Почему просто не убьёшь меня?
— Твоя смерть когда-то была выгодна нам, да. Но, к несчастью для тебя, мой маленький питомец, я нашла тебе применение получше.
Лезвие прижимается к моей спине, прорезая кожаную одежду и разрывая мою кожу. Я мычу от боли и извиваюсь, но всё тщетно. Лезвие оставляет неглубокий порез.
Силуэт движется в темноте. Моё дыхание прерывается. Что она такое?
— Мне нравится наблюдать за чужой болью. Но продление твоих страданий — это ещё не всё. Хочешь увидеть то, что вижу я, мой питомец?
Я кривлю губы.
— Твоя суженая только что прошла Болото.
Кейлин жива? В моём сердце вспыхивает надежда, но тут же угасает. Я здесь, и это лишь вопрос времени, когда они доберутся и до неё тоже. Она сама говорила, что если меня схватит, она тут же прибежит за мной.
Дерево завибрировало за мной, мурча, как довольный котёнок.
Мы должны были сражаться вместе. Мы могли…
— Думаешь, у вас был шанс выстоять против меня, глупое дитя? Наивный щеночек. Даже вместе вам не одолеть меня. В этой битве вы не смогли бы победить.
Голос уходит в сторону, и поток прохладного воздуха касается моей щеки.
Я выдыхаю, лёгкие горят. Кейлин ещё жива, но может погибнуть в любой момент. И если она умрёт, чудовища проиграют. Скорбь вновь накрывает меня. Как же глупо было надеяться, что я смогу спасти её. Упрямый дурак.
— Действительно дурак, — от этого мощного голоса меня накрывает волна ужаса. — А ты думал, победить будет легко? Смерть твоей пары станет только началом, мой питомец.
Громадная согнутая фигура передвигается на другую сторону.
— Насколько ты верен, щенок? — выдыхает она напротив моей шеи. — Мне интересно. Ты поклялся защитить мир. Что ты выберешь: поставить жизнь своей истинной превыше долга? Или позволишь ей пережить худший кошмар в попытке спасти тебя в очередной раз? Что ты сделаешь, щеночек, когда мои когти войдут в её тело, как нож в масло?
Агония терзает меня, по мышцам проходит судорога, стоит мне представить, как больно будет Кейлин.
— Сможешь слушать её вопли, чтобы сохранить свою честь? Или сделаешь всё, что я скажу, чтобы спасти её?
— Где она? — рычу я, дёргая жёсткие корни, сковавшие мой торс.
— Хочешь посмотреть? Это довольно печальное зрелище, предупреждаю сразу. Но я могла бы оказать тебе эту маленькую услугу.
Перед глазами появился пейзаж. Болото. Я высоко над слегка поблескивающей водой.
Тени появляются и исчезают, постепенно переходя от одного края болота к другому. Раз, второй, третий…
Она прыгает через тени?
— Я всегда восхищалась этой способностью. Конечно, она так может только благодаря моему истинному. Он дал ей силу. И скоро эта сила станет нашей.
Кейлин падает на берегу на ладони и колени, кровь брызжет во все стороны. У меня сжимается сердце. Я не знаю, настоящее ли это видение, но моя душа разрывается в тревоге за неё. Держись, Кейлин, пожалуйста.
— Ты видишь это, мой питомец?
Я вздрагиваю, когда острый коготь касается моей щеки. Я всё ещё вижу перед собой болото — видение, которое Вселяющая Ужас послала мне. Я даже не уверен, правда ли это…
— Твоя суженая умирает. Будешь и дальше смотреть, как силы постепенно покидают её? Это так мучительно медленно… — протягивает существо, проводя когтем вниз, к моей груди, делая лёгкий надрез. Я чувствую, как тёплая кровь начинает стекать по моей коже, но не вижу ничего, кроме Кейлин.
Картинка меняется, вращаясь вокруг Кейлин, проползшей пару сотен метров через отрубленные конечности.
— Результат моих трудов, — хвастается Вселяющая Ужас. — На дне болота много их — мёртвых тел, нетронутых временем. Идеальная среда для моего искусства.
Тела были разрублены и разбросаны хаотично, в этом нет ни символизма, ни эстетики. Ей просто нравится убивать. Я бы скорее назвал это наукой, чем искусством.
Кейлин отчаянно ползёт дальше, её тело на грани обморока. Она падает в груду тел. «Не сдавайся, — мысленно прошу я. — Борись до конца».
Над ней летит призрак. Я сжимаю руки в кулаки. Он помогает ей или мешает? Не могу понять, переживает ли он за неё или просто преследует свои цели, как считает сама Кейлин.
Она продолжает двигаться вперёд и наконец падает лицом в грязь сразу за чертой, где заканчиваются трупы.
— Она на грани, — ласково шепчет чудовище, в моей груди нарастает отчаяние.
— Если она умрёт, — мой голос звучит хрипло, раздавленно, но в то же время зло. Мстительно. — Вы проиграете.
Взрыв рокочущего хохота в ответ поразил меня. Дерево довольно завибрировало.
— Если бы ты знал, как сильно ты ошибаешься, питомец.
— Что это значит? — выдыхаю я. Не уверен, что с этим существом вообще стоило вести разговоры. Видение могло быть ложным. Слова могли быть уловкой. Но я ничего не могу с собой поделать. Моя израненная душа отчаянно нуждается в ответах.
— Смерть Кейлин действительно помешает снять проклятие. Это так. Но, — ветки сжимают меня так сильно, что я не могу дышать, — есть разница между смертью тела и смертью души.
Ветки ослабляют охватку, и воздух возвращается в мои лёгкие.
— Если она сдастся и решит умереть, сначала погибнет её душа. И моему истинному не составит труда поддерживать жизнь в её теле достаточно долго, чтобы его магия воскресила её. Есть два пути достижения наших целей. Один из них заключается в том, чтобы дать Кейлин мотивацию сделать всё, что мы скажешь. Для этого нужен ты, мой питомец. Она влюблена в тебя. Каким бы жалким ты ни был. Она не раз доказывала, что готова пойти на всё ради тебя. Но это лишь запасной вариант. У меня есть план попроще.
Вселяющая Ужас скользит вокруг меня, её голос отражается эхом. Она всё ещё показывает мне видение с Кейлин, лежащей в гряди, и призраком, парящим на дней.
— Мы сломим её дух, — шепчет Вселяющая Ужас мне в ухо. — Мы уже близки к этому.
Нет.
— Мы расчленим её душу кусочек за кусочком, пока она окончательно не сдастся. Её душа уже совсем тусклая, и когда она умрёт, а это случится совсем скоро, твоя суженая больше не сможет управлять своей магией. Мой истинный восстановит свой власть над ней, и тогда у него будет всё, что нужно.
Кровь стынет в моих венах.
— Потому что в ней его магия.
Чёрт.
Теперь я понимаю, почему они сдерживались, выжидая. Почему призраки шпионили, но не нападали. Почему мантикора посмотрел прямо на нас, но развернулся и ушёл, лишь бросив пару зловещих фраз.
book-ads2